Илья Одинец - Часть 2. Реджина. Глава 9. Лелюша с Бангладеры

Глава 9

Лелюша с Бангладеры

 

Вопреки ожиданиям, арена оказалась чуть ли не в десять раз меньше той, где проводился массовый бой. Овальную площадку, залитую живым раствором цемента, со всех сторон окружал высокий бетонный забор. Над головой, отбрасывая во все стороны крохотные солнечные зайчики от мощных софитов, сверкал прозрачный колпак. Выше кольцами располагались трибуны, над которыми висел темно-оранжевый потолок. Свободных мест на трибунах не было.

Над трибунами располагались огромные экраны. Одни показывали общий план «стадиона», другие маленькую фигурку в красном комбинезоне. Андрей оглянулся в поисках видеокамер, и заметил, как они десятками кружат вокруг него. Они не превышали размерами майского жука. Одна из камер подлетела к лицу слишком близко, и Семенов отмахнулся.

Появление первого участника зрители встретили оглушительным воем и ором. В модуляциях сотен инопланетных голосов невозможно было определить, радостные то вопли или разочарованные, но над этим вопросом Андрей не думал, он оглядывал стену в поисках второй двери, из которой появится его противник.

И он появился.

Из-под земли.

Живой раствор цемента заколыхался. Семенов отступил на несколько шагов, и правильно сделал. Пол неожиданно начал надуваться огромным пузырем. Он рос и расширялся одновременно, словно его накачивали воздухом. Андрей отступил еще на шаг. Пузырь лопнул, обдав человека серыми брызгами.

Чпок!

И перед землянином и десятками тысяч зрителей предстала лелюша с Бангладеры.

Семенов попятился. Он представлял себе корову, быка, травоядное четвероногое с шипастым хвостом, но лелюша походила на змею. На огромную серо-коричневую змею с утолщением на хвосте, усеянным острыми иглами.

Лелюша зажмурилась от яркого света и замотала плоской башкой.

– Дамы и господа! – зазвучал над ареной голос комментатора. – Добро пожаловать на первый поединок первого тура! Представляю наших участников! Человек из солнечной системы желтого карлика О-15 галактики «Млечный путь» квадрата CR-09/F! Условно разумное существо! Самый опасный хищник своей планеты! Его противник – лелюша с Бангладеры!

Комментатор продолжал говорить, но Андрей не слушал.

Змея быстро высунула длинный узкий язык, ощупывая воздух, заметила Андрея и зашипела. Семенов удобнее перехватил мачете и отступил еще на шаг назад.

Тварь свилась тугими петлями и резко бросилась вперед.

Андрей отскочил. Пасть с двумя острыми клыками захлопнулась в том месте, где мгновением раньше находились его плечи. Дохнуло тухлым мясом. Язык молнией выскочил из пасти лелюши. Семенов уклонился и взмахнул мачете. Его тут же обдало синей жидкостью. Бетон под ногами колыхнулся, принимая в объятья извивающуюся плоть.

– Он отрубил ей язык! – взревел комментатор.

Восторженный визг зрителей смешался с яростным воплем лелюши. Змея затрясла головой, отчего во все стороны полетели синие капли.

Андрей боком отбежал в сторону, не спуская глаз с инопланетной твари.

Лелюша замолчала, нашла глазами человека и стала сворачиваться, сжиматься пружиной. Андрей побежал, крепко сжимая рукоять мачете.

Зрители взревели.

Семенов бросился вправо, почувствовав за спиной движение воздуха. Резко обернулся и увидел, что змея находится метрах в трех позади него. Тварь дернула хвостом, и шипастое утолщение рассекло воздух. Андрей едва успел отпрыгнуть.

Он развернулся и бросился влево. Лелюша подняла голову, словно кувалду.

Семенов не мешкал – примерился, воткнул в живой бетон мачете рукоятью вниз и резко ударил кулаком по серой поверхности, чтобы та затвердела. Отскочил в сторону. В тот же момент змеиная голова с размаху шмякнулась наземь.

Лелюша завизжала, дернулась и подняла морду. Уловка не сработала – мачете вонзилось в плоть, застряло между пластинами на подбородке твари, но не убило ее.

Прыжок. Андрей схватился за рукоять оружия и дернул. Змея тряхнула головой. Семенов отлетел в сторону, проехался спиной по полу. Быстро поднялся, но тут же пригнулся. Шипастый хвост едва его не задел.

Лелюша извернулась и подняла башку. Андрей не мешкал – прыжок вперед и лезвие вошло между пластинами на подбородке по самую рукоять.

Змея замерла, конвульсивно дернулась и обмякла.

На сей раз Андрей отпрыгнуть не успел – тяжелое тело твари накрыло его с головой.

– Бой закончен! – объявил комментатор. – Но есть ли выжившие?

 

* * *

 

Андрей лежал на спине, придавленный тушей огромной лелюши, ощущал противный горький и затхлый смрад змеиной кожи и радовался, что не умер.

«Ну, Андрей Сергеич, теперь выбирайся, иначе задохнешься», – посоветовал Аналитик.

К несчастью, сил почти не осталось, драка вымотала Семенова, к тому же он до сих пор не мог поверить в свою победу.

Андрей кое-как освободил левую ногу, которую придавила плоская голова животного, вытянул руку, пытаясь нащупать, где заканчивается туша твари с Бангладеры.

Мягкий живой раствор пола немного помог – Андрея вдавило в него огромной тяжестью, и это спасло ему жизнь. Но теперь эта мягкость и податливость только мешала. Он с большим трудом продвигался вперед.

Наконец, руки нащупали свободное пространство. Прикладывая все возможные силы, Семенов продвинулся, и его голова оказалась свободна. Он шумно вдохнул.

Будто услышав, как воздух входил в легкие землянина, к лицу человека подлетело несколько камер-жуков, и тотчас все экраны над трибунами переключились на него.

Андрей посмотрел на один из мониторов и мысленно выругался. Сверху и сбоку, как показывали камеры, ситуация выглядела страшно. На трибунах наверняка все поверили, что змея раздавила маленького, но упорного и воинственного клопа в красном комбинезоне. Семенов смотрел на экран и не верил своим глазам. Потом собрал последние силы и выбрался из-под мертвой туши.

Стадион взревел.

– Вот он наш победи-и-итель! – громогласно объявил комментатор. – Уважаемые судьи, мы ждем ваших оценок! Первый поединок первого тура и такой сюрприз! Оцените по достоинству смелость и ловкость участника!

Андрей поднял голову. На мониторах появились изображения десяти прямоугольных окошек: два ряда по пять штук. Секунды три ничего не происходило, а потом в первом окошке появилась цифра.

– Девяно-о-осто! – завопил комментатор.

Еще секунда, и зажглась вторая цифра.

– Восемьдесят во-о-осемь! – продолжал кричать голос. – Девяносто шесть! Девяносто два! Восемьдесят де-е-евять! Обратите внимание, уважаемые зрители, какие высокие баллы! Девяносто один!

«Если оценивают по сто балльной шкале, – заметил Аналитик, – у тебя неплохие шансы пройти во второй тур. Посмотрим на реакцию зрителей».

– И-и-итоговый результат: девятьсот пятнадцать балов! – объявил комментатор, когда открылось последнее окошко. – Четвертый результат за всю историю игр! А тепе-е-е-рь! Дорогие зрители, оцените выступление человека! В правый подлокотник ваших кресел встроена система голосования. Напоминаю, голосуем по стобалльной шкале. Чем лучше выступление, тем выше балл!

По зрительским рядам прошла волна. Разумные существа со всех концов вселенной нажимали кнопки, решая судьбу человека. По спине Семенова невольно пробежал холодок. Он стоял в центре арены, как приговоренный к казни, ожидающий помилования.

– Поприветствуем победи-и-ителя! – завопил комментатор, и на табло появилась еще одна цифра. – Восемьдесят девять! Невероятно! Какой высокий балл! Человек получает отсрочку еще на несколько дней и во втором туре встретится с еще более ужасным и кошмарным существом. И тогда ему несдобровать! Но может быть, кто-то из вас осмелится поставить на его победу?

Толпа вопила, кричала, свистела, улюлюкала...

Андрей вытер со лба пот. Воздух вокруг него засветился голубым, а спустя мгновение превратился в толстые прутья. Раствор цемента на полу ожил, но не понес пленника к двери, а расступился. Светящаяся клетка, окруженная воздушным пузырем, погрузилась под землю.

Уже знакомый полутемный лабиринт, пахнущий плесенью и канализацией, вывел землянина к «Ганеше».

– Надо же, – качнуло слоновьей головой многорукое существо, – я думал, придется опять змеюку током бить, чтобы слушалась, а тут ты. Удивлен.

– Поставил на мой проигрыш? – ухмыльнулся Семенов.

– Нет, – фыркнул «Ганеша». – Я не участвую в этом позоре и не зарабатываю деньги на чужой смерти.

Андрей присвистнул.

– А ты у нас, оказывается, моралист. Тогда что, позволь спросить, ты здесь делаешь? Или хочешь сказать, твоя деятельность с боями никак не связана?

– Я работаю, – слоноподобный отошел к шкафу, открыл панель управления и нажал несколько кнопок. – Семью надо кормить. А эта работа ничем не хуже других. Я никого не убиваю и совесть моя чиста.

– Ну конечно.

Андрей увидел, как к центру помещения движется клетка. Не его, узкая и неудобная, а огромная, как дом, клетка погибшей лелюши.

– Смотрю, ты действительно не рассчитывал меня увидеть, – пошутил Семенов.

Многорукий не ответил. Андрея снова сковало по рукам и ногам невидимыми силами. Светящаяся решетка исчезла, и живой раствор пола потащил его к клетке.

– Сам войдешь, или как? – в одной из рук «Ганеши» блеснуло острое копье.

– Сам.

Андрей покосился на оружие.

«Теперь понял, почему лелюша была в такой ярости? – поинтересовался Аналитик. – Перед отправкой на арену, «Ганеша» наверняка несколько раз ее уколол».

Семенов вошел в клетку. Слоноподобный запер замки и почесал подбородок.

– Надо бы табличку заменить. Придется твою клетку на складе поискать. Но, с другой стороны, зачем? Все равно долго не протянешь.

Многорукий отвернулся, и Андрея потащило в тоннель.

 

* * *

 

У синего занавеса его уже ждали. Но не Илорэль, как надеялся Андрей, а Навор и Коронер. Чернокожий охранник широко улыбался и едва не приплясывал, а «осьминог» казался совершенно спокойным и равнодушным. Он по-хозяйски обошел клетку по кругу, осматривая человека со всех сторон, потом кашлянул и молча удалился.

– Ну и шустрый же ты! – Навор рассек кулаком воздух.

– Обогатился? – усмехнулся Семенов

– Еще как! И подружка твоя тоже. И Коронер! Думается мне, это его последний турнир. С такими-то деньжищами! Выйдет на пенсию, улетит куда-нибудь на Церифу отдыхать...

– Тогда почему он такой недовольный?

– Боится, – подмигнул Навор. – Я бы на его месте тоже боялся. Если руководство «ОГБ» узнает о его ставке на твой выигрыш, худо ему будет. Любой дурак просечет, что он специально тебе лелюшу подсунул.

– Ясно.

Семенов опустился на пол и прислонился спиной к толстым прутьям клетки.

Он устал, но не так, как ожидалось. Его тело, несмотря на то, что побывало в настоящей схватке и нашло силы выбраться из-под тяжеленной туши инопланетной зверюги, чувствовало себя нормально. Ничего не болело, он не растянул ни одной мышцы, а ведь сегодняшний подвиг под силу далеко не каждому. Да еще эта странность с ладонями... Наверняка из той же серии. Какого черта с ним происходит?

Перед глазами почему-то возник образ молодого человека в сине-красном костюме, выпускающего из запястья тонкую липкую нить. Человек-паук – герой комиксов. Питера Паркера укусил паук, и он получил супер-силу, выносливость, ловкость, способность лазать по вертикальным поверхностям и продуцировать паутину.

«Может быть, со мной произошло то же самое? – спросил Андрей сам себя. – Может быть, меня тоже укусило какое-нибудь инопланетное насекомое»?

Семенов вскочил. А ведь его и правда укусили! Только не насекомое, а Тлин – существо из шестого сектора, которое он считал разумным, и которое умерло неизвестно отчего.

Андрей лихорадочно осмотрел руки, закатал рукава красного костюма, ощупал запястья, предплечья, грудь, торс, всего себя, пытаясь найти что-то подозрительное, какой-нибудь намек на «странности», но ничего не обнаружил. Его тело было абсолютно нормальным человеческим телом.

Семенов опустился обратно на пол и снова закрыл глаза. Он припомнил большого красного чешуйчатого зверя с вытянутым туловищем, мощными задними лапами, длинными худыми передними, с лопастями вместо кистей, вытянутую морду с торчащими во все стороны зубами, и волнистый костяной гребень. Все-таки Тлин здесь ни при чем. Какие способности человек мог бы перенять от маскировщика? Приспособляемость организма? И в чем бы она выражалась? В способности сливаться со стальными прутьями? Нет. Если бы маскировщик мог делать нечто подобное, не умер бы в своей клетке.

– А-а-а! – раздался прямо над ухом громкий басовитый выкрик. – Землянин! Ты в порядке?!

Андрей узнал голос Навора, поспешно вскочил. Гигант бы напуган: зрачки огненно-оранжевых глаз охранника расширились, черный указательный палец, направленный в сторону Семенова, едва заметно дрожал, левая рука крепче перехватила секиру.

– Спина!

Навор отступил на шаг назад, и сердце Андрея забилось сильнее. Если уж видавший виды помощник Навора так реагирует, значит, дело серьезное.

Он повернул голову и застыл. Красный комбинезон на спине вздулся пузырем, натянулся и грозил вот-вот лопнуть. Под костюмом что-то происходило. Андрей завел руку за спину, дотронулся до пузыря и почувствовал пальцами твердое, а спиной мягкое. Бугор под красной тканью чувствовал прикосновения! Менялось его тело!

– Я скажу Коронеру, – пробормотал Навор. – Ты, наверное, чем-то заразился. Тебя нужно изолировать!

Чернокожий быстро отошел и скрылся между рядами клеток с хищниками.

– Черт! – Андрей надавил на вырост на спине. – Давай, уменьшайся! Не хочу в изолятор.

Но выпуклость упрямо увеличивалась. Ткань костюма растягивалась, еще несколько секунд, и она лопнет... Семенов не хотел смотреть на то, что лезет из его позвоночника, он знал это и так.

«Волнистый костяной гребень маскировщика», – констатировал Аналитик.

Андрей прошелся по клетке, всей кожей ощущая, как вздувается на спине бугор, и кусал губы.

«Надо же быть таким идиотом! Добровольно сунуть руку в клетку инопланетной твари! Тлин тоже хорош! Мог бы повежливее обращаться с тем, кто убирал его пристанище! Слушался бы Мэкалля и не входил в шестой отсек без специального костюма, был бы здоров»!

– Хватит! – Семенов ударил кулаком по прутьям и глубоко вздохнул. – Нужно успокоиться.

Он вспомнил, как поступал перед экзаменами в летное училище, как успокаивал себя перед первым самостоятельным полетом, и сел на пол. Скрестил ноги, руки положил на колени ладонями вверх, закрыл глаза.

Медленный глубокий вдох на раз-два-три, медленный выход на раз-два-три-четыре-пять-шесть. Медленный вдох… медленный выдох… Думать только о воздухе, проходящем через ноздри. Чувствовать, как в легкие проникает прохладная прана, согревается теплом его тела и улетает в космос теплой тягучей субстанцией.

Спустя пять минут Андрей открыл глаза и поднялся. Медленно завел руку за спину... бугор исчез. Спина снова стала спиной, никаких горбов и выростов.

В то же мгновение из-за клеток выбежал Навор, за ним, неловко переваливаясь на мягких щупальцах, семенил Коронер.

– Вот он! У него из спины... – чернокожий охранник осекся.

Андрей непонимающе посмотрел на Навора и поднял брови.

– Что у меня из спины? Лишние руки выросли? Ты пил?

Он нарочито медленно повернулся вокруг своей оси. Коронер бросил на помощника уничтожающий взгляд и удалился, а охранник подошел к клетке.

– Но я же видел! Признайся!

– В чем признаться? – Семенов развел руками. – Я ничего не видел. Я вообще не могу увидеть свою спину без зеркала. Что там? Костюм порвался?

– Тьфу на тебя!

Навор и правда сплюнул и, опустив плечи, зашагал к клеткам. А Андрей вздохнул и опустился на пол. Охранник, наверное, прав. Он чем-то заразился от Тлина. Возможно, к следующему туру у него действительно вырастет костяной гребень. Или лицо превратится в уродливую кривозубую морду.

Семенов закрыл глаза и решил думать только о приятном. Никаких кривых зубов и костяных гребней. Никакого изолятора.

Добавить комментарий

Защитный код
Обновить