Илья Одинец - Часть 2. Реджина. Глава 2. Двойное дно, или орлянцы всегда лгут

Глава 2

Двойное дно, или орлянцы всегда лгут

 

Внутри шатра, в отличие от планеты, с прошлого года изменилось все. Коронер любил яркую и богатую обстановку, поэтому менял интерьер ежегодно. На сей раз любитель роскошеств расставил в шатре дорогую мебель из настоящего полукианского дуба, пол застелил нежно–голубым ковром из нитей сайстрового шелкопряда, витые металлические столбы опоры шатра украсил цепочками из платины с вкраплениями синих сапфиров, между которыми пряталась одна из самых дорогих охранных систем. Малейший признак агрессии, и столбы испепелят гостя на месте, а ковер впитает в себя пепел и станет на полтона темнее.

Коронер сидел за большим письменным столом, поверхность которого мягко светилась бледно-желтым светом. Его бесформенное серо-зеленое лицо выражало спокойствие и довольство, он потирал щупальца, всем своим видом показывая, что день выдался удачный. Увидев Илорэль, «осьминог» поднялся.

– Приветствую.

– Здравствуйте, Коронер, – Илорэль пожала щупальце.

– Присаживайтесь, – пригласил «осьминог», указав глазами на кресло, стоящее напротив стола.

– Нет, спасибо. Я постою.

Кресло было дорогим, красивым, но жутко неудобным. Пятиминутное пребывание в нем заставляло мышцы затекать и умолять тело быстрее подняться на ноги. Илорэль не раз приходила в шатер Коронера, поэтому знала секрет кресла и о том, зачем в шатре столь неудобный предмет мебели.

Если тебя пригласили присесть и если ты принял предложение, то по правилам хорошего тона ты обязан оставаться в кресле до конца аудиенции и терпеть муки неудобного сидения. Посетитель невольно отвлекался от темы беседы, мечтая только о том, как бы поскорее подняться на ноги и как бы своим видом ненароком не выдать собственных чувств и не оскорбить хозяина шатра. А отвлечение клиента от темы и голова, занятая посторонними мыслями, Коронеру только на руку. Кресло не раз помогало ему выторговать для «ОГБ» лучшие условия, вынудить собеседника согласиться на меньший процент. Поэтому Илорэль благоразумно осталась стоять. За груз «Грога» она не волновалась, отец привез хороших хищников – больших, опасных и зрелищных, за них можно поторговаться подольше.

– Чем экипаж «Грога» порадует меня в этом году? – поинтересовался Коронер, с явным удовольствием оглядывая фигуру девушки.

– Как всегда мы предлагаем немного зверей, – произнесла Илорэль и протянула «осьминогу» флеш-карту, – но все они достойны участвовать в боях.

Коронер вставил флэш-карту в гнездо на торце стола, который по совместительству выполнял функцию компьютера, и на столешнице возникли видеоролики с хищниками шестого отсека «Грога» и краткие пояснения специалиста по иноразумным. «Осьминог» пролистывал страницу за страницей, просматривал один файл за другим и молчал.

– Номер тридцать шесть не возьму, – спустя несколько минут объявил Коронер. – Остальные твари хороши.

Илорэль вздохнула. Решения Коронера обсуждению не подлежали и тридцать шестой номер, каким бы опасным он ни казался, сегодня же будет ликвидирован и отправлен на ледник местного кладбища дожидаться массового захоронения. Мэкалль лично займется устранением лишнего рта, а ей останется только запереться в своей каюте, чтобы не слышать звуков выстрелов и предсмертного хрипа животного.

– Завтра мои люди осмотрят товар, - произнес Коронер и уставился на девушку выпуклыми глазами. – Если все они здоровы, я дам полтора миллиона. И пять процентов с выигрыша.

– Стандартное начало, – Илорэль медленно откинула прядь волос за спину и оперлась руками о столешницу. – Стандартно низкий процент. Три, - предложила она и расстегнула верхнюю пуговицу пиджака.

– Пять процентов с выигрышей всех тварей неплохая цена, – Коронер облизал губы.

– Эти деньги не окупят перелет и не позволят нам собрать следующую экспедицию, – мило улыбнулась Илорэль. – Три и пятьдесят процентов.

– Однако, – Коронер качнул массивной головой. – Признаюсь, не хочу обижать О'рдрина, но больше миллиона восьмисот тысяч и двадцати процентов не дам.

– Тогда останетесь без гарантированной прибыли, – Илорэль расстегнула пиджак и медленно его сняла.

Под пиджаком на ней не было ничего, только кожа, которую она трансформировала в изящный белый топ.

Коронер моргнул.

– Если вы не уступите, – тихо произнесла девушка, – мы больше не станем сотрудничать с вами. Отец давно подумывает бросить охоту, это слишком опасно. Он подумывает снарядить разведывательную экспедицию. За глуор можно выручить в сотни раз больше.

– Но и затрат больше.

Илорэль поняла, что «осьминог» практически сдался.

– Не больше, – возразила она. – И нет риска расстаться с жизнью.

Топ на ее груди стал чуть менее плотным. Коронер оскалился.

– Два и двадцать два.

– Два с половиной и тридцать, - повела плечом девушка.

– Вижу, отец дал тебе четкие инструкции, – Коронер откинулся в кресле.

– Дал, – кивнула Илорэль. – А еще он попросил напомнить про туз в рукаве.

– Да-да-да, – Коронер потер щупальца. – Я помню. Если О'рдрин не обманет, если его карты меня впечатлят, я дам вам три с половиной миллиона и двадцать пять процентов с выигрыша. Это максимум, который я кому-либо когда-либо давал.

– Договорились, – Илорэль набросила пиджак на плечи, – наши хищники готовы к осмотру, их можно забрать.

«Осьминог» сменил цвет с серо-зеленого на пурпурный и склонил голову:

– Прекрасно. Передай отцу мои наилучшие пожелания.

Илорэль кивнула и поспешила покинуть неприятное место. Она задержалась в шатре слишком долго, а у нее была назначена еще одна встреча. Более важная. Встреча, на которой решится судьба не только хищников «Грога», но и всех хищников Вселенной.

 

* * *

 

К ужину Илорэль не вернулась. Андрей надеялся, что дочь капитана появится, прежде чем он отправится на поиски нового корабля, но девушка задерживалась.

– Переночуй на «Гроге», – предложил О'рдрин, – а завтра утром решишь, куда идти. Все равно тебе придется где-то ночевать, сэкономь деньги, их не так много. По самым скромным подсчетам тебе хватит на неделю, но если будешь сильно экономить, протянешь дней десять. Здесь все очень дорого.

– Спасибо, – поблагодарил Семенов.

Остаться на ночь в своей каюте он хотел и сам. Все равно ему пришлось бы искать ночлег, потому что найти иголку в стоге сена – нужный корабль, который полетит к родной планете – за несколько часов, оставшихся до заката двух местных солнц, невозможно.

Они сидели в кают-компании вдвоем. Арахноид и «серый» все еще возились с хищниками, Кокуш готовил последний ужин для зверей в кухне. Капитан неспешно потягивал из бокала мутную красную жидкость.

– Пива? – предложил он Андрею и протянул откупоренную бутылку.

Семенов благодарно кивнул и налил в бокал на два пальца.

– Не бойся, оно совсем не крепкое, – улыбнулся О'рдрин. – Наше путешествие закончилось. Пришло время расставаться. Завтра ты нас покинешь.

Андрей кивнул. Он уже попросил Кокуша приготовить для экипажа какое-нибудь особенное блюдо, а больше сделать для гроговцев ничего не мог.

– Я оставляю тебе лингвоанализатор, – произнес капитан. – Без него ты не сможешь общаться, а твоя голодная смерть на моей совести не добавит мне баллов на том свете.

– Вы верите в бога? – улыбнулся Семенов и кивком поблагодарил О'рдрина.

– Нет, но на всякий случай стараюсь без необходимости не грешить. К тому же на Реджине говорят на слишком многих языках, чтобы ты выбрал один из них, и выучил. На планете нет местных жителей. Реджину выбрали базой для проведения боев за удобное местоположение и, отчасти, из-за отсутствия жизни. Ее разделили, построили купола, наладили связь и транспортные развязки, организовали бои.

Андрей отпил из бокала. Пиво оказалось очень вкусным, он никогда ничего подобного не пил, или лучше сказать не ел. Тягучая жидкость напоминала мед, в ней чувствовался аромат зеленых яблок, спелой земляники и чего-то освежающего, отдаленно напоминающего мяту, и терпкий привкус хмеля.

– Очень вкусно, спасибо, – поблагодарил Семенов О'рдрина. – Вы будете смотреть бои?

– Обязательно, - кивнул капитан. – Нужно посмотреть, какие звери выйдут в финал, и в следующий раз привезти кого-то похожего. А еще мы получим определенный процент от ставок на наших хищников.

– И это еще один повод брать самых больших и зрелищных, – сделал вывод Андрей.

– Или самых ловких, – добавил капитан. – А ты бы хотел посмотреть бои?

– Конечно, – не задумываясь ответил Семенов.

– Билеты на трибуны слишком дорогие, – предупредил О'рдрин. – Лучше найди бар с подходящей пищей и большим экраном.

– Обязательно, – кивнул Андрей и посмотрел в потолок. – Грог, где здесь ближайший бар?

Корабль не отозвался.

– Странно, – удивился Семенов, – Грог! Ты здесь? Сегодня тебя совсем не слышно!

– Занят подсчетами, – объяснил капитан. – После недавнего нападения охотников, корабль необходимо отремонтировать. Я поставил ему задачу подсчитать стоимость ремонта, а заодно проанализировать, сколько нужно нарастить обшивки. В идеале, надо заменить иллюминатор, но, боюсь, такие траты нам не по силам, даже если Илорэль выбьет для нас у Коронера идеальные условия сделки. Иллюминаторы изготовлены из особого прозрачного сплава, который выдерживает адские температуры и перепады давления. Они очень дорогие, поэтому на «Гроге» только одно окно во внешний мир. Многие вообще обходятся без них, просто выводят изображения с внешних камер на дисплеи. Но я так не могу. Не хочу чувствовать себя тунцом, запаянным в консервную банку.

Андрей допил пиво и поднялся.

– Спасибо за все, – поблагодарил он капитана. – Утром я приглашаю всех на прощальный завтрак.

Семенов сделал шаг к двери и почувствовал приятное головокружение. По телу волной разлились тепло и слабость, в голове зашумело, перед глазами замельтешили алые точки. Андрей поднес руку к голове и с удивлением отметил, какой тяжелой она стала.

В следующее мгновение мир качнулся, вспыхнул ярко-красным и исчез.

Андрей упал на пол, уронив бокал, и потерял сознание.

 

* * *

 

Выйдя из шатра Коронера, Илорэль огляделась. Очередь заметно сократилась и, пожалуй, все оставшиеся существа успеют попасть на прием к Коронеру. «Осьминог» строго соблюдал сроки и не принимал после окончания регистрации, но редко кому отказывал в последний день. Все же это касалось не только «ОГБ», но и его лично.

С делами отца было покончено, но направилась девушка не обратно на корабль, а в сторону центра. Там ее ждали более важные переговоры.

На сей раз Илорэль воспользовалась летательным аппаратом. Теперь она тратила личные сбережения, а не деньги отца, и могла себе позволить добраться до места назначения с ветерком.

Парковки левикаров располагались каждые двести метров. Большинство летательных аппаратов разобрали – перемещаться внутри купола быстрее по воздуху, поэтому большая часть машин сейчас стояли на парковке рядом с ареной, там, где находилось подавляющее большинство гостей азото-кислородного купола. Но и для Илорэль нашлось подходящее средство передвижения.

Она остановилась на стареньком ярко-розовом одноместном левикаре. Идеальный выбор для молодой блондинки – искательницы приключений, прилетевшей посмотреть на бои на последние деньги. Не привлечет лишнего внимания, и не заставит задуматься. А именно это Илорэль сейчас и было нужно.

Девушка извлекла из нагрудного кармашка пиджака пластиковую карту и приложила ее к небольшой панели на дверце. Дверь плавно открылась. Илорэль села в неудобное, продавленное сотнями гуманоидов, кресло, пристегнулась потрепанным, но еще рабочим ремнем безопасности и нажала рычаг включения.

Экран перед девушкой мягко засветился белым и вывел трехмерную карту азото-кислородного купола.

– Бар «ДеТурра», – попросила Илорэль.

Карта повернулась, увеличила масштаб и предложила три варианта: бар «ДеТурра», рентген-бар «Туристка» и кофейню «Барракуда».

Девушка вздохнула. Старая модель навигатора плохо понимала ее язык. Пришлось выбрать нужное здание вручную.

«Принято», – появилось на экране.

Левикар плавно оторвался от земли и полетел к центру купола. Илорэль могла управлять летательными аппаратами этого типа, но предпочла откинуться в кресле и смотреть в окно.

Внизу, словно волны беспокойного моря, шевелились гуманоиды. Большая часть желающих посмотреть бои уже прилетели, заселились в гостиницы, и теперь растеклись по куполу в поисках развлечений. Одни занялись покупкой сувениров, другие участвовали в виртуальных сражениях, третьи предпочитали проводить время в казино или саунах. Под самым большим куполом на планете можно найти развлечение на любой вкус. Здесь находился даже огромный парк с аттракционами для тех, кто прибыл на Реджину с детьми. Илорэль ненавидела бои, но знала, что не во всех культурах принято ограждать подрастающее потомство от зрелищ жестоких убийств, охоты и массового уничтожения. «ОГБ» заботилась о благополучии гостей, и предоставляла самый широкий спектр развлечений.

– Синий А812, - неожиданно раздался из динамика отрывистый громкий голос. – Спуститесь на землю! Повторяю! Синий А812! Немедленно спуститесь на землю!

Девушка поежилась. Старенькая система ее ярко-розового левикара не умела отсеивать приказы стражей правопорядка, и транслировала в эфир все разговоры в радиусе пары километров. Модели поновее беспокоили пассажиров, только если гвардейцы обращались непосредственно к ним.

Илорэль посмотрела по сторонам в поисках синего левикара с бортовым номером А812. Он летел правее и чуть ниже, его стекла были зазеркалены, и девушка не разглядела, кто сидит внутри. Синий летел с допустимой скоростью, скорее всего, на автопилоте, не нарушал правила, но гвардейцам этот аппарат показался подозрительным. Подчиняясь приказу, левикар снизил скорость и приземлился. Дальнейшее развитие событий, Илорэль не увидела, ее аппарат продолжил движение по заданному маршруту.

Во время боев на Реджине обеспечивались беспрецедентные меры безопасности. Постоянные патрули, повсеместные проверки, контрольно-пропускные пункты к каждому мало-мальски значимому объекту, не говоря уже о га-танах на подступах к арене. Все это давало иллюзию безопасности. Почему иллюзию? Потому что Илорэль точно знала, что внутри азото-кислородного купола находилась бомба.

«Место назначения через 5 километров», – на экране поверх карты появилось предупреждающее сообщение.

Илорэль вздохнула и приготовилась к посадке.

 

* * *

 

Бар «ДеТурра» не считался самым популярным баром под азото-кислородным куполом, пусть и находился в очень выгодном месте. Обычно во время боев здесь проводили время много посетителей, но он никогда не бывал заполненным на сто процентов. Возможно, причиной тому служила дурная репутация его владельца, но Илорэль это было только на руку. Именно здесь она ожидала встретить своих друзей, с которыми не виделась почти целый год.

В просторном помещении с высоким потолком стояло пять или шесть десятков столиков, за некоторыми из которых сидели посетители. Здесь было гораздо больше негуманоидов, чем снаружи. Илорэль увидела двух арахноидов, трех орлянцев, как две капли воды похожих на отца, пятирукую гориллу и бесформенную студенистую гору, лежащую на стуле и едва возвышающуюся над краем стола. Гора вытянула к стакану тонкую трубочку рта и медленно всасывала содержимое. Такого вида инопланетян под азото-кислородным куполом Илорэль раньше не встречала.

За стойкой стоял хозяин бара – плечистый бородач в синей рубахе с широким воротом, белом переднике и бордовых штанах. С его плеча свешивалось полотенце, которое по сравнению с широкой грудью казалось носовым платком.

– Илорэль! – взревел бородач и с ловкостью, которой позавидовали бы даже гимнасты, перемахнул через стойку, умудрившись при этом не задеть стоящие на ней рюмки и бутылки, и бросился к гостье. – Как же я давно тебя не видел!

Илорэль обняла здоровяка, не забыв укрепить кости ребер. В первую их встречу ей пришлось залечивать собственные переломы.

– Рада тебя видеть, Гмых! – поздоровалась дочь капитана. – Как твои дела?

– Как видишь, посетителей не густо, – бородач отстранился, взял блондинку за руку и повел в подсобное помещение, скрывавшееся за дверью за стойкой бара. – Глэдис ждет тебя с полудня. Еще бы чуть-чуть, и ты рискнула бы не застать ее в здравом уме. Она уже прилично выпила и теперь…

– Я в полном порядке, – раздался из-за двери возмущенный голос.

Не успел Гмых протянуть руку к ручке, как дверь распахнулась, и из подсобки вылетела миловидная брюнетка с синей кожей и полной грудью, обтянутой до неприличия прозрачной материей белого платья.

– Братец, как всегда, преувеличивает! Илорэль, детка! – брюнетка обняла девушку и от души расцеловала в обе щеки. – Нам нужно столько всего обсудить!

– Привет, Глэдис!

Наконец, впервые за много-много месяцев, Илорэль почувствовала удовлетворение и спокойствие. Она находилась среди друзей и единомышленников. Пассивное ожидание подошло к концу, наступило время действовать.

– Жихар, – крикнул вглубь зала бородач, – подмени меня у стойки! – и поманил девушек в подсобку.

Хозяин бара оборудовал в подсобном помещении спальню. В период боев он жил в этой каморке, принимал гостей и решал все дела, касающиеся «ДеТурры». Комната имела самый непрезентабельный вид: выцветшие панели стен, сломанные жалюзи, покрытый слоем пыли книжный шкаф без дверки и тусклая лампочка под потолком. Несмотря на бедность и запущенность, кровать, точнее, диван, был аккуратно застелен полинявшим покрывалом, а на письменном столе в углу стоял начищенный до блеска мини-бар с непрозрачной крышкой.

– Когда ты сделаешь здесь ремонт? – поморщилась Илорэль.

– А зачем? – пожал плечами бородач. – Скоро тут все рухнет. Тогда и рвану куда подальше. А вот мою летающую посудину подлатать совсем не мешало бы. Как только «Мирный космос» вернет мои вложения с процентами…

– Тс-с-с! – зашипела Илорэль.

– Ты совсем спятил?! – Глэдис подскочила и ударила братца в плечо кулачком. – Сколько раз тебе говорить! Молчи! Ни слова!

– Да, прости, – бармен хрустнул пальцами. – Не хотел. А ты бы лучше не ругалась, а узнала, вернулась ли «Деония» и получим ли мы в этом году хоть какую-нибудь прибыль.

– Ты все получишь, – Глэдис опустилась на диван, – но позже. Сейчас нам нужны деньги. Твой вклад все очень ценят. Обещаю, как только разберемся со своими проблемами, вернем твои деньги с процентами. И корабль починишь, и даже купишь новый.

– Вы уж три года обещаете, – натянуто улыбнулся Гмых и кивнул на диван. – Садись, Илорэль. И прости, последний стул сломался. А новый покупать смысла нет, раз уж все к концу идет.

– Идет, – подтвердила дочь капитана, опускаясь на старенький продавленный диван, – только вот непонятно какими темпами. Как скоро мы сможем покончить с «ОГБ»? Сколько денег мы накопили? Сколько осталось?

– Осталось совсем немного, – Глэдис вопросительно посмотрела на бармена. – Что говорит Бэк?

– К Бэку я сама загляну на днях, – пообещала Илорэль. – Лучше скажите, насколько вы продвинулись.

– Мы сделали немного, но самое противное, – поморщилась брюнетка. – Мы распечатали листовки.

 – Хорошо, – улыбнулась Илорэль. – Ненавижу бумажки. Как вспомню мучения с дизайном и лозунгами для прошлых боев, мурашки по спине бегут. Как дела с Босхом?

– Тс-с-с! – Гмых осторожно приоткрыл дверь и выглянул наружу. – Вот об этом точно нельзя говорить вслух.

– Через третьих лиц мы узнали стоимость, – ответила за брата Глэдис. – Нужное количество в наличии. Если бы у нас были деньги, можно было взять хоть сейчас.

Илорэль вздохнула. Денег не хватало.

– Это мы исправим, – пообещала дочь капитана. – На сей раз, я решила делать ставки. У меня есть небольшие сбережения. Если мы хотим покончить с боями, сначала придется на них нажиться.

Добавить комментарий

Защитный код
Обновить