Илья Одинец - Часть 1. Грог. Глава 18. Роковая ошибка

Глава 18

Роковая ошибка

 

Метаморф вытянул из кокона тонкие конечности и с кошачьей грацией выпрыгнул из капсулы.

– Ты знай, я за тобой присматриваю, – предупредил Грог. – Малейший намек на агрессию, закрываю все двери, и хоть зубами грызи, хоть рогами стучи.

Метаморф не обратил на слова корабля никакого внимания. Он преобразовывался. Отрастил крепкие ноги, руки с пятью пальцами, почти человеческую голову, если не считать третьего глаза на затылке и длинных зубов Дракулы. Хвост и крылья убрал, бедра прикрыл кожистыми выростами, грудь защитил пластинчатым панцирем и сменил цвет тела с серого на лиловый. Закончив с превращением, метаморф хрустнул пальцами и довольно улыбнулся.

– Давайте знакомиться. Меня зовут Зелаут. Вы можете не представляться.

Лиловый монстр вышел из-за перегородки в коридор и через секунду вошел в изолятор.

Семенов вошел следом. Он пока не до конца доверял Зелауту, и решил подстраховаться – по крайней мере, защитить от него Илорэль. Андрей встал рядом с дочерью капитана, но метаморф направлялся к центру комнаты.

– Предупреждаю сразу, – произнес он, повернувшись к команде. – Я вам не верю, и если вздумаете напасть, превращусь в алику с Терерры и отравлю вас одним выдохом. Я всегда наготове и могу не спать месяцами. А вы не можете.

– Не грози, – поморщился О'рдрин. – Хоть нам и жаль терять идеального бойца, теперь ты наш гость.

– К тому же, – вмешался Грог, – наш Ан-д-рэй убил одного из вас, а тебя усыпил. Так что справится.

– Не справится, – Зелаут нехорошо ухмыльнулся, выставив на всеобщее обозрение крепкие острые зубы-кинжалы. – Усыпить кого-то нехитрое дело, но убить меня не сможет ни один из вас. Даже все вместе. Метаморф, которого человек лишил жизни, был ребенком, моим учеником. Он плохо владел телом, не научился мгновенно реагировать на атаку, с трудом предсказывал поведение противника и не умел сходу определить его слабые места. К моменту вашего появления мы достаточно долго тренировались и порядком устали. Андрей, тебе очень, очень сильно повезло. Ты никогда не справишься со взрослым метаморфом.

– Я не хотел его убивать, – произнес Семенов. – Я не знал, что вы разумные.

Метаморф кивнул, принимая извинения, и повернулся к Кокушу.

– Теперь к делу. Вы отравились водой.

– Не может быть, – кок прижал руки к груди, – мы ее очиштили.

– Не до конца, – оскалился Зелаут. – Проверьте свою систему очистки воды.

– Система в порядке, – громогласно объявил Грог. – После атаки охотников я лично залатал все повреждения.

– А фильтры? – подал голос Дортмос.

– Фильтры установлены, – отрапортовал корабль.

– Значит, – подвел итог метаморф, – их плохо проверили.

– Срок годности еще не истек, – все тем же ровным голосом ответил Грог.

– Хватит шпорить, – Кокуш поднялся с дивана и, тяжело переваливаясь, направился к двери. – Пойду пошмотрю. Живой глаз видит больше компьютера. Может, они и правда повреждены шерьезнее, чем думает корабль, – кок вздохнул, – тебе очень не хватает глаз, Грог.

– Тогда вы все были бы мне нужны, – усмехнулся корабль.

Когда дверь за коком закрылась, Семенов недоверчиво посмотрел на метаморфа.

– Если ваша вода отравлена, как вы ее пьете?

– Наш метаболизм справляется, – пожал плечами лиловый.

– А как же хищники?

– Кто? – удивился Зелаут.

– Большой хищник с мощными лапами и хвостом, – пояснил Андрей. – Я встретился с ним в первый выход на планету. Если вода не может отравить метаморфа, как живут эти звери?

– У нас нет хищников, – ответил Зелаут. – Тот, кого ты видел, трансформировавшийся метаморф. Мы единственные живые существа на планете.

Семенов обернулся к арахноиду.

– Ты говорил, что обнаружил и хищников, и разумных существ!

– Я солгал, – в голосе Мэкалля не слышалось ни раскаяния, ни стыда, – я обманул тебя. Обманул всех. Иначе мы не смогли бы никого поймать. О'рдрину требовалась помощь.

«Скотина», – прорычал Аналитик.

Андрей с большим трудом взял себя в руки и обратился к Грогу:

– Можешь соединить меня с Кокушем по громкой связи?

– Уже, - отозвался корабль. – Можешь говорить.

– Кокуш, – позвал Семенов. – Подскажи, ты ведь выполнил мою просьбу? Ты готовил мне на старой воде? Не на воде с оранжевой планеты?

– Конечно, – подтвердил кок. – Ты же попрощил.

– Значит, виновата вода, – угрюмо подвел итог Семенов. – Мог бы и сам догадаться.

«А ты и догадался, – ехидно заметил Аналитик, – только не захотел признаваться в этом даже себе. Ты ведь мечтал освободить метаморфа, вот и подвернулся удобный случай. Информация в обмен на свободу. Ты ведь видишь лиловом пленнике себя».

– У вас единственный выход, – вмешался в разговор Зелаут. – Отказаться от нашей воды. У вас осталась нормальная вода?

– Очень мало, – ответил Кокуш. – Если не рашходовать воду на животных и ш учетом неишправной шиштемы очиштки, нам хватит на неделю, максимум на дешять дней.

– Этого достаточно,  – произнес О'рдрин, – мы дождемся помощи от перекупщиков.

– Животные могут погибнуть, – проскрипел Мэкалль. – Мы останемся ни с чем.

– Не забывай о тузе в рукаве, – негромко произнес капитан. – Но на самом деле все действительно очень плохо.

– Не все, – метаморф посмотрел на человека. – Как я понял, теперь главный ты?

Семенов вопросительно поднял брови, но О'рдрин подтвердил:

– Да. Можешь считать его главным. До тех пор, пока перекупщики не привезут воду.

– Пойдем на мостик, – предложил лиловый, – хочу дать тебе несколько инструкций относительно сигнала, который ты им пошлешь.

– Мы уже послали им сигнал, – капитану явно не понравилось, что метаморф хочет отправиться в святое святых корабля.

– Тогда придется отправить еще один, – повысил голос Зелаут. – Ради вашей же безопасности.

– Пускай идут, – отозвался с потолка Грог. – Я прослежу за ним и на всякий случай заблокирую ручное управление. Эй, Зелаут, учти, я за тобой наблюдаю. И могу не спать годами. А ты не можешь.

 

* * *

 

На мостике метаморф занял капитанское кресло.

Андрей поморщился, но возражать не стал, сейчас не до субординации. А если откровенно, они с лиловым теперь равны: оба гости с туманным будущим. Хотя относительно своего будущего Семенов более или менее определился. Он высадится на Реджине и попробует устроиться работать на корабль, летящий к Земле. В космосе ему делать нечего. Метаморф, скорее всего, поступит точно так же.

– Можно узнать, какой текст вы отправили перекупщикам? – поинтересовался лиловый.

– Требуется хороший врач и антибиотики широкого спектра, – процитировал Грог. – На борту вспышка неизвестного заболевания.

– Плохо, - поморщился метаморф. – Подтверждение получения уже есть?

– Пока нет, – откликнулся корабль.

– Как появится, пересылайте другой запрос, – посоветовал Зелаут. – Отменяйте врача, добавляйте питьевую воду и обязательно поясните, что неизвестное заболевание оказалось обыкновенной инфекцией, и ее уже вылечили. Пояснения нужны?

– Нужны, – кивнул Андрей.

– Наша раса, – начал метаморф, – вышла в космос около тысячи лет назад. Я имею в виду, глубокий космос, а не околопланетную орбиту. Мы столкнулись с огромным количеством существ с разной физиологией и психологией. У каждого разумного свои обычаи и представления о чести, достоинстве и справедливости. Никто не гарантировал безопасность. Встречный корабль мог напасть, открыть стрельбу и преследовать вас с целью захвата. В космосе было опасно. Но в своем большинстве все постепенно учились нейтралитету и терпимости, и только по конец наших межгалактических путешествий началось движение в сторону не просто невмешательства, но взаимовыручки. Разумные образовали Конфедерацию Межгалактических Связей – организацию, которая отвечала за взаимодействие живых существ в космосе. Появились законы, органы власти, галактические преступники и полиция. Позднее создали ассоциацию взаимопомощи, члены которой обязались помогать попавшим в беду. Но когда в ассоциации поняли, что на этом можно заработать, начался беспредел. В результате спасателей переименовали в перекупщиков.

Семенов внимательно слушал.

– Наша история хранит три случая столкновения с ними, – продолжил метаморф. – В первый раз за помощью к перекупщикам обратился экипаж «Трилона». Корабль совершал разведывательный полет к одной из звезд и возвращался со значительным запасом глуора на борту. У корабля возникли неполадки в системе выработки кислорода. Перекупщики доставили экипажу новую систему, но ее стоимость свела стоимость доставленного «Трилоном» глуора практически к нулю. Экспедицию признали неудачной.

Второй раз помощь потребовалась «Сирцу». На корабле поднялся бунт. Команда перевозила преступников на удаленную планету, и не рассчитала сил. Перекупщики помогли «усмирить» наших взбешенных соотечественников, обменяв свою помощь на десяток самых буйных и отчаянных головорезов. Позже эти головорезы присоединились к перекупщикам и стали нас преследовать. Мы потеряли около пяти десятков кораблей.

Третий раз стал для нашей расы последним. Мы зареклись обращаться к перекупщикам, а вскоре и вовсе перестали выходить в глубокий космос. Мы привезли на планету все необходимое, создали идеальные условия, и смысл летать куда бы то ни было, исчез.

Третий случай произошел с кораблем «Моунт». Капитан послал сигнал бедствия. На борту разразилась страшная эпидемия, заболели все члены экипажа, двое умерли. Лекарства не помогали, единственный врач погиб, ситуация казалась безвыходной. Экипаж «Моунт» отправил два сообщения. Первое на родную планету, второе на один из маяков перекупщиков. Судя по тому, что удалось узнать, у команды оставалось около десяти дней до того момента, как скончается последний член экипажа. Перекупщики ждали две недели. Кружили рядом, не выпуская умирающий корабль из поля зрения, а потом пристыковались. Теперь «Моунт» принадлежит перекупщикам.

– И никто не помог? – содрогнулся Семенов.

– Перекупщики отгоняли всех, кто приближался к «Моунт» слишком близко.

– Грустная история, – Андрей догадался, к чему клонил Зелаут. – Вы думаете, перекупщики будут ждать, пока мы погибнем? А потом захватят наш корабль?

– Уверен на девяносто процентов, – кивнул метаморф. – Поэтому и прошу сообщить им, что врач вам больше не нужен, инфекция оказалась не смертельным вирусом, а простым заболеванием, не угрожающим жизни. И насчет системы очистки воды. Ни в коем случае нельзя говорить о выходе из строя вашей системы. Если экипаж лишился самого необходимого, дела у него хуже некуда. Лучше берите запасы воды на три недели до Реджины. Травить ее они не станут, так как не знают про поломку вашей системы. И с просьбой доставить воду нужно быть очень осторожными. Вода жизненно необходима большинству живых существ, и если вы начнете вопить «Мы умираем от жажды!», перекупщики предпочтут получить не деньги за воду, а ваш корабль целиком.

Семенов кивнул.

– Сообщите им, – продолжил лиловый, – что воды для экипажа у вас достаточно, но вы везете животных, которые погибнут, не добравшись до цели. И еще. Я бы не стал называть пункт назначения. Перекупщики знают о боях на Реджине и знают цену хищникам. Вы рискуете потерять почти все, если не довезете зверей. Это даст перекупщикам повод запросить за воду огромную сумму.

– Вы так много о них знаете, – удивленно отметил Андрей.

– Просто я хорошо помню прошлое нашей расы и опыт общения с перекупщиками, – ответил Зелаут. – От их действий пострадали не только мы. Ваш капитан достаточно знает об их деятельности, он до последней минуты тянул с вызовом помощи. И правильно делал. Ну, ты все понял? Сиди тут, жди подтверждения о том, что перекупщики получили ваш запрос, а я пойду в кухню перекушу.

Метаморф вышел и Грог тот час сообщил:

– Подтверждение получено пять минут назад. Перекупщики приняли наш сигнал.

– Пять минут назад? А почему молчал? – спросил Семенов.

– Я ему не доверяю, – скептически ответил корабль.

– Он говорил дельные вещи, – Андрей нахмурился. – Если все так, я с ним согласен.

– Я тоже, – отозвался корабль. – Но я все равно буду за ним приглядывать.

 

* * *

 

Днем Кокуш подтвердил слова Зелаута – система фильтрации воды оказалась непригодной для использования. Ни один прибор не показывал неисправность, но в самом центре одного из фильтров зияла широкая прореха. Грог не мог ее «увидеть», а Дортмос, который после атаки охотников помогал кораблю чинить пробоины, в спешке не заметил. Запасные фильтры пострадали при обстреле, и команда оказалась в бедственном положении.

После этого известия «серый» от стыда посерел еще больше и практически не говорил, а у капитана появился еще один повод избавиться от второго пилота по прилету на Реджину.

На сей раз, у Семенова не было ни времени, ни сил утешать Дортмоса, к тому же он тоже понимал его вину. Для техника такая ошибка непростительна, этот промах поставил под угрозу жизни членов экипажа. И пусть благодаря счастливому стечению обстоятельств отравление не коснулось его лично, он считал, что немного переживаний Дортмосу не повредит. Может быть, в следующий раз тот будет внимательнее.

Днем Андрей получил последние новости от одного из инфо-маяков, мимо которого пролетал «Грог». Ситуация на шестой планете солнечной системы белого карлика FIH-18/11 созвездия Граст накалилась до предела. Наблюдатели опасались, что планету взорвут, дабы разом покончить с дележкой крейнита и усмирить воинственных повстанцев.

Также Семенов отправил повторный запрос перекупщикам, в котором, по совету Зелаута, разъяснил ситуацию с болезнью и указал необходимое количество воды. Перекупщики не должны заподозрить в «Гроге» легкую добычу. А между тем команде становилось все хуже.

На следующий день капитан не смог самостоятельно сесть, Илорэль поддалась болезни и слегла, Кокуш дважды падал в обморок, Мэкалль и Дортмос жаловались на боли во всем теле и едва могли двигаться.

Еда, которую приготовил повар, оказалась непригодной – не зная причин болезни, Кокуш использовал воду оранжевой планеты. Кок был вынужден начать все с начала, но долго он не протянет, сляжет. Корабельный повар и сам это знал, поэтому научил Семенова очищать воду и оставил длинные инструкции по использованию сублиматоров, а Грога заставил перевести на русский рецепты приготовления пищи для всех животных шестого сектора и членов экипажа.

Воду экономили, как могли, и очищали все. Выбора не было: либо пей, либо умирай.

К концу дня на ногах остался только Андрей. Он выбился из сил, бегая из изолятора на мостик, с мостика в шестой отсек, из шестого отсека снова в изолятор.

– Побереги силы, – посоветовал Грог. – Расставь приоритеты.

– Я не могу бросить команду, – отрезал Семенов.

– Зато я могу обойтись без твоего присутствия на мостике. Я позову, когда придет ответ от перекупщиков. Они должны сообщить за какое время до нас доберутся.

– И от чего ты предлагаешь мне отказаться? – устало спросил Андрей. – Я и так не успеваю чистить клетки и убираю только самые грязные.

– А ты вообще их не чисти, – предложил корабль. – Все равно мы не сможем довести до Реджины всех зверей. Некоторые умрут, не дождавшись чистой воды, ведь они пьют зараженную воду оранжевой планеты и едят пищу, приготовленную на этой воде. Поговори с О'рдрином и Мэкаллем, пусть скажут, какие животные умрут быстрее, и какие клетки не нужно убирать. И насчет кормежки тоже поговори. Зачем тратить время и готовить еду для тех, кто не доживет до конца путешествия?

– Это жестоко, - отозвался Семенов.

– А гонять тебя двадцать четыре часа в сутки не жестоко?

Андрей чувствовал себя выжатой тряпкой и не видел конца мучениям. Он устал, хотел спать, да просто полежать и почитать «Краткие общие правила», но перед этим вымыться и привести себя в порядок. За три дня, которые он провел в беготне между отсеками, так и не нашел времени, чтобы побриться.

– Ты прав, – согласился Семенов. – Нужно расставить приоритеты. Но не сейчас. Вечером. Я иду в шестой, нужно поменять воду у акулы и заменить газы в оранжевом секторе, иначе животные погибнут не от ядовитой воды, а от удушья.

 

* * *

 

Вечером Андрей пришел в изолятор с докладом. О'рдрин находился в открытой капсуле, к его руке тянулась трубка капельницы. Илорэль лежала на диване, укрытая толстым одеялом, «серый» бессильно полулежал на малиновом диване, Мэкалль разместился на полу, положив друг на друга три матраса, жалуясь на диванные пружины, которые вредят его осанке. Только Кокуш все еще мог вставать и бродил по комнате, разнося членам экипажа тарелки с едой.

– Наш гость все так же сидит в кают-компании и смотрит в иллюминатор, – доложил Грог.

Семенов подошел к Илорэль и присел рядом.

– Как ты себя чувствуешь? – спросил он и положил ладонь на лоб девушки. – Жар, вроде, спал.

– Мне не очень хорошо, – слабым голосом ответила орлянка. – Но ты не волнуйся, лучше скажи, перекупщики ответили?

Андрей устало потер глаза.

– Простите, О'рдрин, – произнес он, – я знаю, вы против обсуждения за ужином дел...

– Ничего, – откликнулся капитан. – Ситуация экстренная. Рассказывай.

– Я получил сообщение от перекупщиков, – объявил Андрей. – Они будут у нас через четыре дня.

– Очень хорошо, – орлянец приподнялся. – Они обозначили сумму?

– Три миллиона, – ответил с потолка Грог.

– Сколько? – О'рдрин закашлялся и едва не опрокинул на себя тарелку с супом. – Это невозможно. Все наши звери столько не стоят.

– Сумму можно уменьшить, – успокоил капитана Андрей. – Они намекнули на возможность торга.

– Даже если уменьшить цену вдвое, наша экспедиция превратится в пыль! – горько воскликнул орлянец. – Отправь им сообщение, объясни, что наше положение не настолько тяжелое.

– А сколько реально мы можем заплатить? – поинтересовался Андрей.

– Пятьсот тысяч, – жестко ответил  О'рдрин. – Максимум.

Семенов присвистнул.

«Шестая часть. Трудно тебе придется. Если учесть, что ты торговался только за картошку на базаре с бабулями, но не за питьевую воду с инопланетными бандитами», – напомнил о себе Аналитик.

– Есть и другие новости, – вздохнул Андрей, – болотный тумаш изменил цвет, боюсь, это нехороший признак.

– Он умирает, – откликнулся Мэкалль. – Можешь не убираться в его клетке и не кормить.

– Дракон с Понтры не шевелится, – продолжил Семенов. – Лежит в той же позе, которую принял утром. Я не рискнул к нему подходить, но, кажется, он тоже не жилец.

– Печально, – проскрипел арахноид. – Мы возлагали на него большие надежды. Думал, его организм несколько крепче.

– Что делать? – Семенов обратился к О'рдрину.

– Оставь белый сектор, – посоветовал капитан, – а в синем убирайся раз в три дня.

– Лучше в два, – вмешался Мэкалль. – А кормить раз в сутки.

– За нас не беспокойся, нам достаточно хорошего ужина и легкого перекуса в течение суток, – продолжил капитан. – На капитанский мостик без нужды не ходи, Грог позовет, когда понадобишься. И, главное, ступай и поспи, а то от усталости ты не похож сам на себя.

Андрей слабо улыбнулся и посмотрел в потолок:

– Грог! Ты за мной шпионишь?

– Я не шпионю, – ответил корабль. – Я держу капитана в курсе происходящего. Кстати, у нас гости.

Дверь в изолятор открылась, и на пороге появился Зелаут.

– Вы получили ответ от перекупщиков? – спросил он. – Когда они прилетят?

– Через четыре дня, – ответил Семенов.

– Я так и думал, – лиловый скрестил руки на груди. – За четыре дня, даже если будете пить очищенную воду, вы не успеете выздороветь и встретить делегацию, как полагается. Нужно минимум два человека: капитан и первый помощник. Первый помощник у нас есть, а О'рдрин вряд ли сможет подняться и самостоятельно ходить.

– Обойдутся без капитана, – произнес Грог. – Ан-д-рэй их встретит, передаст деньги и возьмет воду.

– Ты не понимаешь, – Зелаут вздохнул. – Или же просто не хочешь мне верить, но я говорю искренне. У перекупщиков вы уже на подозрении. Заявили о неизвестной болезни, потом попросили чистую воду. Что они подумают, если к ним выйдет совсем еще зеленый гуманоид и представится капитаном?

– Нападут? – предположила Илорэль.

– Именно, – подтвердил метаморф.

– Я могу говорить с перекупщиками, – предложил Грог.

– У тебя есть голос, но нет тела, – качнул головой Зелаут. – А у меня есть и то, и другое.

Он кашлянул и превратился в невысокого коренастого орлянца, очень похожего на капитана. Причем метаморфоза произошла так быстро, что Андрей не заметил переходных стадий, просто видел перед собой лиловое существо, а когда моргнул, оно исчезло, оставив вместо себя лже-О'рдрина.

– Капитаном буду я, – произнес Зелаут.

Добавить комментарий

Защитный код
Обновить